Главная » Статьи » Персонали

Слово об Ученом (к 70-летию со дня рождения Н. Н. Щербакова)
16.03.2009
Автор: Иванов Александр Александрович

29 апреля 2007 г. крупному сибирскому историку, специалисту по изучению проблем социально-политического развития Сибири конца XIX – начала ХХ вв. Николаю Николаевичу Щербакову исполнилось бы 70 лет. Он ушел из этого мира в апреле 2005-го, лишь два года не дожив до своего юбилея. С его именем связано не только масштабное, планомерное исследование истории царской каторги и ссылки, революционного и оппозиционного движения в сибирском регионе. Н.Н. Щербаков, пожалуй, не менее известен как талантливый организатор региональной исторической науки - на протяжении почти 15 лет он возглавлял диссертационный совет при Иркутском государственном университете, и не один десяток современных профессиональных историков – докторов и кандидатов наук обширнейшего сибирского региона, уверен, никогда не забудут его доброжелательного отношения, дружеской легкой иронии, а также, главного - готовности понять и помочь.
Н.Н. Щербаков родился 29 апреля 1937 г. в станице Крымской Краснодарского края. В 1938 г. семья переехала в Майкоп, в 1942 г., спасаясь от немцев, - в город Кропоткин, а в 1944 г. – в станицу Спокойную, где будущий исследователь истории политической тюрьмы, каторги и ссылки в Сибирь, поступил в первый класс школы № 1. После окончания восьмилетки, Щербаков работал учеником слесаря на станкостроительном заводе в Краснодаре. В 1954 г. закончил десятый класс школы рабочей молодежи и в июле этого же года поступил в Ленинградское военно-морское училище. Он хотел стать летчиком морской авиации, однако по состоянию здоровья не закончил учебу. В 1956 г. служил на Черноморском флоте в Севастополе. В феврале 1958 г. был демобилизован. Судьба забросила Щербакова на Сахалин, где в городе Углегорске он некоторое время работал на целлюлозно-бумажном комбинате.
Летом 1958 г. Н.Н. Щербаков оказался в Иркутске. В августе месяце он успешно сдал вступительные экзамены и поступил на историческое отделение историко-филологического факультета государственного университета. Мир истории оказался таким же увлекательным и заманчивым как романтика морской авиации. Студент Щербаков учился хорошо: имея пытливый ум, обладая прекрасной памятью, упорством и трудолюбием, он увлекался и археологией Сибири, и древним Египтом, и революционным прошлым Иркутска.
К последнему курсу окончательно сформировались научные интересы Н.Н. Щербакова - изучение проблем истории царской тюрьмы, каторги и ссылки в Сибирь конца XIX – начала XX века. Закончив университет с отличием, он был рекомендован ученым Советом факультета для поступления в аспирантуру по кафедре истории СССР. Его дипломная работа положила основу для дальнейших научных поисков: Николай Николаевич исследует деятельность ссыльных большевиков в Восточной Сибири, их вклад в революционное и рабочее движение, культурную жизнь региона.
Научное изучение истории царской каторги и политической ссылки в Сибирь в Иркутске было начато задолго до Н.Н. Щербакова, еще в 1920-е
годы. У истоков этого направления стоял Ф.А. Кудрявцев, опубликовавший сначала серию статей о пребывании в крае декабристов, В.Г. Короленко, Н.Г. Чернышевского, М.В. Фрунзе, а в 1936 г. работу «Александровский централ: Из истории сибирской каторги». Не случайно, Н.Н. Щербаков считал Федора Александровича, наряду с Сергеем Владимировичем Шостаковичем, своим учителем. Большое влияние на Щербакова оказал и Всеволод Иванович Дулов, помимо прочих проблем, исследовавший историю революционного движения в Иркутской губернии, издавший совместно с Ф.А. Кудрявцевым в 1941 г. монографию «1905 год в Восточной Сибири». Без сюжета о ссыльных они, естественно, обойтись не могли.
В 1920-1930-е годы тема политической тюрьмы, каторги и ссылки имела особое звучание: революционное прошлое было «осязаемым», еще живы были участники тех легендарных событий. Несмотря на роспуск
в 1935г. Всесоюзного общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев, пример героического революционного прошлого широко использовался в пропагандистских и воспитательных целях. В.И. Ленин, И.В. Сталин, Я.М. Свердлов, большинство «видных» политических и государственных деятелей прошли проверку на прочность сибирской ссылкой, а значит, исследование и пропаганда истории политической «тюрьмы без решеток» были важной государственной и идеологической задачей.
С конца 1930-х годов научное изучение политической ссылки, ее роли и места в революционном и общественно-политическом движении региона и страны в целом, было практически свернуто. Оказалось, что слишком много «врагов народа», «вредителей», членов всевозможных антипартийных групп, было связано с ее историей.
В 1960-е годы, на которые и приходится начало творческого пути Н.Н. Щербакова, изучение истории сибирской политической ссылки, и в первую очередь ссылки большевиков, было возобновлено. Однако, как это не парадоксально, эта тема стала менее актуальной, чем была, например, в начале 1930-х годов. Областные и краевые комитеты партии, парткомы высших учебных заведений региона, где, в основном и были сосредоточены кадры профессиональных историков, выполняя директиву ЦК, настоятельно рекомендовали исследовать современный опыт КПСС по руководству сельским хозяйством, промышленным строительством, освоением природных богатств края. В почете стали темы типа «Борьба коммунистических организаций Восточной Сибири за победу трудящихся в...».
Мне ни коим образом не хотелось бы бросить тень на ученых-историков 1950-1970 гг., исследовавших подобные аспекты истории Сибири – была и «борьба», был и героизм восстанавливавших народное хозяйство, первопроходцев, энергетиков, строителей. Однако проблемные вопросы истории региона, например, многие аспекты событий гражданской войны, репрессии 1930-х годов, лагеря спецпереселенцев на месте будущих коммунистических городов – все это, естественно, не только не исследовалось, а как бы не существовало, было вычеркнуто как из истории, так и из науки чьей-то всесильной рукой.
Сегодня мы прекрасно понимаем, что историкам того периода зачастую в директивной форме навязывалась тематика исследований. По существу, они вынуждены были выполнять социальный заказ. При этом, подчеркнем, выполняли его с высоким профессионализмом, тщательнейшим образом исследуя фонды архивов, музеев и библиотек страны. Уж что-что, а источниковая база этих диссертаций поражает объемом и полнотой.
В такой ситуации выбор темы истории политической каторги и ссылки требовал немалого мужества, твердости характера, принципиальности и последовательности, наконец, преданности и любви к своей профессии. Всеми этими качествами и обладал Н.Н. Щербаков.
Николай Николаевич не был пионером в разработке истории политической ссылки в Сибирь второй половины XIX – начала ХХ века. Практически одновременно с ним различные аспекты этой темы стали разрабатывать во многих городах региона: М.Ф. Богданова в Омске, С.И. Беляевский в Красноярске, Л.А. Ушакова в Новосибирске, Л.П. Рощевская в Тюмене, П.У. Петров в Якутске, Г.А. Николаева в Чите, Б.Б. Батуев в Улан-Удэ, Б.С. Шостакович, С.Ф. Коваль и З.Т. Тагаров в Иркутске.
В 1964 г. в Томске была защищена и первая кандидатская диссертация по этой теме: «Революционная деятельность большевиков в Нарымской ссылке (1906 – март 1917 гг.)». С тех пор и до конца своих дней (2007) ее автор - Эрнст Шайгарданович Хазиахметов - стал самым серьезным оппонентом Николая Николаевича в исследовании пролетарской ссылки. В 1965 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Общественно-политическая деятельность и эволюция взглядов петрашевцев в Сибири» Александр Всеволодович Дулов, тогда преподаватель кафедры истории СССР ИГУ. В 1966 г. появилась еще одна кандидатская – «Революционная, общественно-политическая деятельность ссыльных марксистов в Восточной Сибири (1883-1903 гг.)» А.П. Мещерского.
Свою диссертацию под названием «Большевики в Восточносибирской ссылке (1907-1917 гг.)», выполненную под руководством С.В. Шостаковича, Н.Н. Щербаков блестяще защитил 7 июня 1967 г. С этого времени и до конца своих дней он оставался ведущим специалистом истории политической каторги и ссылки в отечественной историографии, с каждым годом привнося в нее все новые и новые сюжеты.
Какова была научная методология ученого? Конечно же, в 1960-е годы она могла быть только марксистско-ленинской, другая была просто не допустима. Как известно, В.И. Ленин сам был узником сибирской «тюрьмы без решеток», проведя в селе Шушенском Минусинского уезда Енисейской губернии в конце XIX в. долгих четыре года. «Ссыльную» тему Владимир Ильич, таким образом, знал хорошо, но работ по истории царской каторги почему-то не оставил. Однако, оставил несколько высказываний, сделанных им по какому-либо конкретному поводу, как правило, в острой полемике со своими многочисленными политическими оппонентами. После смерти вождя эти высказывания и стали для советских исследователей концептуальными.
Один из главных ленинских догматов заключался в том, что ссыльные большевики – неотъемлемая часть партии, действующая в Сибири только в специфических условиях каторги или гласного надзора. Отсюда вытекала задача для всех исследователей политической ссылки – необходимо было показать ссыльного большевика не просто живущим в глухом сибирском краю и озабоченном повседневной добычей хлеба насущного, а активным борцом с самодержавием. Целое поколение историков вынуждено было разрабатывать эту концепцию, выявляя роль ссыльных в революционном и рабочем движении региона, в создании местных партийных организаций, руководстве профсоюзным движением, в просвещении и культурном воспитании масс. Вынужден был этим заниматься и Н.Н. Щербаков.
Безусловно, большевики не бездействовали в далекой сибирской ссылке. Они действительно составляли активнейшее ядро абсолютного большинства подпольных организаций Сибири, руководили забастовочной борьбой местного пролетариата, вели тайную переписку с ЦК, пытаясь не отстать от развития революционного движения в Европейской России, учили детей, делали прививки от оспы. Все это так. Есть только два «но» (на самом деле, их больше, но это - тема отдельного исследования). Во-первых, активной нелегальной деятельностью занимались в сибирской ссылке, в основном, профессиональные революционеры, или, как их называли противники, «организаторы». Удельный вес профессионалов в общей массе был невелик, однако, влияние, действительно, огромным. Во-вторых, большевики здесь были далеко не единственной и не самой массовой силой: в некоторых районах проживания ссыльные эсеры, например, значительно превосходили их как по численности, так и по революционной активности.
Что же нового внес Н.Н. Щербаков в разработку этой ленинской концепции?
Избрав объектом исследования большевистскую часть политической ссылки, Н.Н. Щербаков, прежде всего, определил численность, возрастной, и национальный состав осужденных революционеров, а также их территориальное размещение, условия существования и быта. Это сегодня, когда итоговые подсчеты Н.Н. Щербакова введены во все учебники по истории Сибири, они представляются молодым исследователям как ставший привычным первоисточник. В конце 1960-х годов количественные показатели Николая Николаевича воспринимались современниками как большое научное открытие. И это было, действительно, так. В государственном архиве Иркутской области сохранилось «Личное дело исследователя» аспиранта Н.Н. Щербакова, состоящее из добросовестно подшитых требовательных листков. По нему видно, какой огромный пласт источникового материала был поднят Щербаковым за 1964-1987 гг. – здесь сотни просмотренных дел, десятки описей и фондов. При этом необходимо учитывать и работу исследователя в зарубежных, центральных и региональных архивах страны.
Тщательно переработав тысячи единиц хранения, он фактически, т.е. научно обосновал уже ранее бездоказательно сложившийся в историографии собирательный портрет ссыльного революционера в Сибири: это социал-демократ или эсер, рабочий или недоучившийся студент-разночинец, русский или еврей, двадцати или двадцати пяти лет, бывший пропагандист, рядовой участник антиправительственных выступлений или профессионал-организатор.
В 1970-1980-х годах Н.Н. Щербаков продолжает фактическое обоснование все той же ленинской концепции. Темой его исследования становится изучение участия большевиков в революционном движении Восточной Сибири. Ученый доказывает – пролетарская политическая ссылка, также как и ссылка декабристская и народническая, явилась важнейшей составной частью сибирской общественной жизни. Эта ссылка питала, прежде всего, самое левое крыло оппозиционного движения: большевики восстанавливали партийные комитеты, организовывали конспиративные группы, вели кружки, участвовали в забастовочном движении местного пролетариата. Автором установлены многочисленные факты их участия в сибирской легальной и нелегальной печати, областническом движении, распространении партийной литературы.
Крупным явлением в исследовании данной темы стал выход в 1984 году монографии Н.Н. Щербакова «Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири (1907 – 1917 гг.)». Автор на огромном фактическом материале доказывает: третья волна ссылки оставила в культурной жизни региона столь же глубокий след, что и две первых. Внушает уважение широта этого исследования: Н.Н. Щербаков рассматривает вклад большевиков в медицину, просвещение, организацию школьного дела, географические и этнографические исследования региона, а также журналистку, книгоиздательство, музееведение. Приложения монографии, содержащие авторский уникальный статический материал, уже сами по себе представляют ценный исторический источник.
Со второй половины 1980-х годов роль КПСС в обществе меняется. Идеология еще прежняя, однако, уже разрешено открыто высказывать свое мнение, не соглашаться с официальным курсом партии. Возвращается понятие «гласности», плюрализма. Историческая наука – этот чуткий барометр всех общественно-политических перемен в стране, немедленно реагирует на изменения. «Историки спорят» - не только необычайно популярная в те годы книга, чуть ли не впервые за советский период собравшая под единой обложкой разноголосицу мнений и взглядов, но и верное определение состояния нашей науки.
В этой непростой ситуации начинают меняться и взгляды Н.Н. Щербакова на сибирскую политическую ссылку. То, что раньше осознавалось на уровне интуиции, предугадывалось, но не укладывалось в ложе официальной ленинской доктрины истории российской революции и большевизма, теперь оформляется в убеждение о необходимости расширения рамок старой темы. Н.Н. Щербаков в этот период пытается выработать новую концепцию истории сибирской ссылки, активно ищет пути исследования.
Не отказываясь от изучения большевистской ссылки как приоритетного направления, Николай Николаевич значительно расширяет эту проблематику. Итог творческого поиска ученого – появление первых работ о социал-демократах в Сибири, исследования роли меньшевиков в оппозиционном движении региона. 17 декабря 1987 г. Н.Н. Щербаков успешно защищает докторскую диссертацию, продемонстрировавшую широту научных взглядов автора, окончательно утвердившую его в качестве ведущего специалиста по данной проблематике.
С начала 1990-х годов научное творчество Н.Н. Щербакова приобретает качественно новое звучание. Накопленный ранее исследовательский потенциал, отказ от марксистко-ленинской методологии как единственно верной, позволяют ученому обратиться к теоретическому осмыслению пройденного наукой пути. Николай Николаевич выделяет ряд ключевых направлений, без разработки которых само дальнейшее исследование темы просто невозможно. Это прежде всего изучение:
- историографии политической тюрьмы, каторги и ссылки в Сибирь XIX – XX вв.;
- организации и функционирования пенитенциарной системы, судебных органов и адвокатуры Российской империи в Сибири;
- деятельности ссыльных меньшевиков, эсеров и анархистов в сибирском регионе;
- истории уголовной ссылки в Сибирь;
- политической и уголовной ссылки советского периода.
Для Н.Н. Щербакова начала – середины 1990-х годов становится характерной и еще одна особенность – в этот период исследователь начинает формировать свою научную школу изучения истории каторги и ссылки. Школа именно формируется, а не «складывается» сама собой. В этом – своего рода, подвижнический подвиг Николая Николаевича: ученый совершенно осознанно лучшие годы своей творческой жизни посвятил не себе в науке, а своим ученикам, созданию своей, научной школы.
Первой работой, выполненной под руководством Н.Н. Щербакова, стала еще диссертация В. М. Андреева «Революционеры-народники в Восточносибирской ссылке». Она была защищена в 1971 г., т.е. всего лишь через четыре года после собственной защиты Николая Николаевича. С этого года и по 2005-й по проблемам сибирской ссылки, а также вопросам, которые соприкасались с этой широкой темой, в советах нашего региона учениками Щербакова было успешно защищено еще три докторских и 17 кандидатских диссертаций. Не столько количественный, сколько качественный анализ этих работ свидетельствует о формировании в Иркутске (наряду с Томском и Новосибирском) подлинной научной школы по изучению проблем политической и уголовной ссылки в Сибирь – школы Н.Н. Щербакова.
Диссертация В.М. Андреева внесла крупнейший вклад в изучение народнической ссылки. Необходимо подчеркнуть, что автор впервые в отечественной историографии, обобщив богатейший архивный материал, сумел определить количество сосланных в Восточную Сибирь за весь разночинский период освободительного движения. А это 35 лет!
В этом же, 1971 г. под руководством Н.Н. Щербакова была выполнена и успешно защищена диссертация Л.П. Сосновской, посвященная исследованию роли большевиков в периодической печати Восточной Сибири. Необходимо отметить исследовательский интерес самого Николая Николаевича к этой теме. Еще в кандидатской им было проанализировано участие ссыльных в журналах региона, а в 1981 г. опубликована большая статья «Об идейных течениях в рабочем движении Сибири в начале ХХ века (по материалам газет «Правда» и «Луч»).
Пример работы Л.П. Сосновской, анализ исследований других, более «поздних» учеников Щербакова позволяет сделать любопытный вывод: в большинстве случаев при определении тематики диссертаций своим аспирантам ученый руководствовался собственным научным опытом, уже «затронутой» им проблемы. Зная источниковую и историографическую основу темы, он всегда был уверен в том, что его ученику удастся более углубленно, чем ему самому, ее изучить.
Эта особенность Щербакова как научного руководителя хорошо заметна с 1990-х годов. Своим ученикам он не то чтобы великодушно разрешал пользоваться собственной картотекой и богатейшими архивными выписками, а просто обязывал их делать это. Помня, что называется наизусть, номера и названия многих фондов и даже отдельных дел(!) центральных и местных архивов страны, Николай Николаевич очень точно ориентировал своих учеников в процессе поиска и сбора источникового материала. Вернувшийся из научной командировки аспирант был всегда им пристрастно опрошен. При этом Щербакову достаточно было одного-двух уточняющих вопросов, чтобы понять, чем занимался и где побывал (а, главное, где не побывал) в столице его ученик.
Не нужно думать, что ученики, последователи были у Н.Н. Щербакова всегда. От защиты Л.П. Сосновской, его второго ученика, до защиты следующего, третьего – С. И. Гольдфарба – 16 лет. Срок не малый. Но всё объективно и закономерно: шел процесс накопления знаний, обобщения научного материала. Именно в этот период Николай Николаевич сформировался как профессиональный исследователь, выработавший стратегические пути развития своей темы, увидевший ключевые аспекты ее проблематики.
В конце 1989 г. защитили кандидатские диссертации сразу два аспиранта Н.Н. Щербакова – Д.И. Дмитриев и И.А. Хегай, а в 1990-м – Н.Ф. Васильева и А.А. Иванов, в 1995-м – И.В. Путилова, в 1997-м – Н.Г. Шенмайер. Затем последовали защиты Н.Н. Быковой, С.В. Колосок, Т.Л. Курас; в 2002-2003 гг. – А.А. Иванова, С.И. Гольдфарба, Л.В. Кальминой (все докторские); далее – Т.А. Борисовой, В.Н. Максимовой, М.Г. Бодяк, В.В. Кудряшова, Т.С. Аверячкиной, С.А. Абрамитова.
Именно по диссертациям учеников Н.Н. Щербакова можно проследить значительное расширение научных интересов ученого, историческое и философское осмысление когда-то данной ему темы истории большевистской ссылки. С 1989 по 2005 гг. под руководством Николая Николаевича было начато исследование деятельности ссыльных эсеров и меньшевиков на поселении и в тюрьмах региона, истории строительства и функционирования Александровского централа и Горного Зерентуя, женской политической каторги. На основе новой методологии было продолжено изучение участия ссыльных в периодической печати и газетном деле Сибири, проанализирована общественно-политическая, журналистская и научная деятельность Н.А. Рожкова, выявлена роль Всесоюзного общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев в исследовании политической ссылки, изучено историографическое наследие ученых XIX века. Стали разрабатываться и темы, не входившие ранее в традиционную проблематику: история пенитенциарной системы Иркутской губернии, Иркутской судебной палаты и Иркутского окружного суда. И все это – под руководством одного человека!
Некоторые творческие замыслы Николай Николаевич не успел осуществить. В его планы входило создание всеобъемлющей истории Нерчинской политической каторги второй половины XIX – начала ХХ в. Незадолго до кончины он определил и объекты этого исследования, выделив особо Акатуйскую, Кутомарскую и Карийскую тюрьмы. Им планировалось также историографическое изучение истории Нерчинской тюремной системы. В планах ученого было создание и истории Иркутского мирового суда. Особое внимание Н.Н. Щербаков уделял ссылки в Сибирь советского периода, высказав мысль о создании единой, сквозной истории ссылки в наш регион на протяжении XVIII – ХХ столетий.
Сегодня изучение политической ссылки в Сибирь по-прежнему продолжается. И в наши дни этот сюжет актуален и далеко не исчерпан. Но совершенно очевидно, что дальнейшая разработка настоящей проблематики, как и развитие региональной исторической науки в целом, просто требует глубокого и всестороннего исследования творческого наследия Н.Н. Щербакова, ученого, чей вклад в изучение «ссыльной» темы был, действительно, фундаментальным.

А.А. Иванов,
д.и.н., профессор Иркутского государственного университета

Статья опубликована в кн.: Иркутский историко-экономический ежегодник: 2007. – Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2007. С. 397-405.
Категория: Персонали | Добавил: goong (16.03.2009) | Автор: Иванов Александр Александрович
Просмотров: 324 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: